Верховный Суд
Республики Беларусь

Интернет-портал судов общей юрисдикции Республики Беларусь

+375 (17) 308-25-01

+375 (17) 215-06-00

220020, г. Минск, ул. Орловская, 76

Актуально

  25558
4 августа 2022  598 4 августа 2022  428 4 августа 2022  461 4 августа 2022  505 28 июля 2022  1680

Определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь от 27.09.2019 № 02ау–130/2019г.

31 октября 2019  694

                                                                             Дело № 02ау–130/2019г.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е      О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

27 сентября 2019 года судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам обвиняемого Л., его защитника – адвоката И. на приговор Могилевского областного суда от 10 июля 2019 года, которым Л. осужден по п.6 ч.2 ст.139 УК на 14 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии в условиях усиленного режима.

В соответствии с ч. 1 ст. 107 УК Республики Беларусь в отношении Л. применено принудительное лечение от хронического алкоголизма по месту отбывания наказания.

Вопрос о вещественных доказательствах, гражданском иске и процессуальных издержках по делу разрешен.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда, мнение прокурора отдела Генеральной прокуратуры Республики Беларусь, полагавшего апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор – без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору обвиняемый Л. признан виновным в убийстве, совершенном с особой жестокостью, потерпевшего Н.

В апелляционной жалобе обвиняемый просит об отмене приговора. Ссылается на то, что в прошлом имели место случаи посягательств на него самого, его жилище и его имущество. Из-за этого у него развилась мания преследования, о чем он заявил при проведении психолого-психиатрической экспертизы. После употребления спиртных напитков с Н. он заснул. Проснувшись, увидев постороннего человека в своем жилье, не узнал в нем Н. и полагал, что находится в состоянии необходимой обороны. По этой причине применил к нему насилие с целью возврата пропавшего телефона. Кроме того, он не смог разглядеть потерпевшего, так как у него слабое зрение. Алкоголь употребил впоследствии, после звонка в милицию, что и является причиной степени опьянения, согласно количеству обнаруженного алкоголя в крови. Судебное следствие проведено односторонне, все его ходатайства отклонены. Не проверены его утверждения, согласно которым 22 декабря 2018 года в 12.30-13.00 часов он находился в магазине и производил покупки.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого – адвокат И., оспаривая наличие у обвиняемого умысла на лишения жизни, просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ч. 3 ст. 147 УК и назначить наказание в соответствии с санкцией этой статьи.

Рассмотрев дело, обсудив апелляционные жалобы, судебная коллегия находит доказанной виновность обвиняемого Л. в совершении преступления, за которое он осужден, и обоснованной правовую оценку совершенного им деяния.

Так, обвиняемый, согласно его собственным показаниям, по существу не отрицает того, что именно он избивал о стену, ударами ногой по различным частям тела человека, погибшего у него в доме в результате этого избиения. Обнаружив, что потерпевший не встает, пригласил в дом К. и Т. с целью опознания ими погибшего. В оправдание таких своих действий ссылался на то, что в тот момент не опознал Н., хотя до этого в том же месте употреблял с ним спиртное и после этого заснул. Причиной избиения назвал пропажу мобильного телефона, который мог похитить во время его сна находившийся на том же месте потерпевший и который, к тому же, сопротивлялся и нанес ему (обвиняемому) удар в плечо.

В ходе досудебного производства Л. в своих показаниях не отрицал избиения Н. в область лица и шеи, а также кирпичом в лицевую часть головы. По телефону лично сообщил сотрудникам милиции, что в его доме находится труп потерпевшего.

При проверке показаний обвиняемый показал место, где наносил потерпевшему удары кулаками, кирпичом, ногами, демонстрируя свои действия на манекене и указывая при этом места приложения ударов.

Судебно-медицинским экспертом установлено, что смерть потерпевшего последовала от травматического шока, развившегося в результате сочетанной тупой травмы головы, шеи, грудной клетки, живота, поясничной области, верхних и правой нижней конечностей.

В заключении эксперта и приговоре подробно описан весь комплекс причиненных погибшему повреждений, включая открытую непроникающую черепно-мозговую травму, проявившуюся ушибленными ранами с кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани на голове, многочисленными ссадинами и кровоподтеками, кровоизлияниями под слизистыми оболочками губ, кровоизлиянием в соединительную оболочку левого глазного яблока, кровоизлиянием в кожно-мышечный лоскут левой височной области и в мягкие ткани лица слева, кровоизлиянием в левую височную мышцу, закрытым линейным переломом левой височной и клиновидной костей, закрытыми многооскольчатыми переломами скуловых костей, открытым многооскольчатым переломом костей носа, двухсторонними открытыми переломами верхней и нижней челюстей, кровоизлиянием над твердой мозговой оболочкой в области перелома, кровоизлияниями под твердой мозговой оболочкой в лобно-теменно-височной области слева, кровоизлияниями под мягкими мозговыми оболочками на правой и левой височных долях и на основании полушарий мозжечка, очагами ушибов головного мозга в обеих височных долях.

В этот же комплекс вошли закрытые тупые травмы шеи, грудной клетки с переломом ребра, разрывом плевры легких, живота и поясничной области, кровоподтеки и ссадины на конечностях, ушибленные раны и ссадины на различных частях тела.

Все телесные повреждения образовались от не менее чем 44-х травматических воздействий твердых тупых предметов незадолго до наступления смерти, относятся к категории тяжких и состоят в прямой причинной связи с наступившей смертью.

Ряд обнаруженных при экспертизе трупа Н. телесных повреждений мог образоваться при обстоятельствах, изложенных обвиняемым Л. при проверке его показаний, о чем в заключении эксперта и приговоре подробно изложено.

Кровь в пятнах на рубашке обвиняемого, деревянном брусе, двух кирпичах, грунте, изъятых с места происшествия, одежде погибшего происходит от последнего.

Биологический материал в подногтевом содержимом левой руки Л., в пятнах на трико Л. может быть образован за счет смешения биоматериала обвиняемого и потерпевшего.

Изъятые на месте происшествия деревянный брус и фрагмент древесины из раны в лобной области справа головы трупа Н. ранее составляли единое целое, а фрагмент кирпича и фрагмент твердого вещества, изъятый из раны в лобной области справа головы трупа, совпадают между собой.

Пятна засохшего вещества, располагающиеся практически по всем поверхностям представленных для исследования деревянного бруса и кирпичей, являются помарками крови, образовавшимися в результате статических контактов указанных поверхностей исследованных объектов с каким-либо окровавленным предметом (предметами).

Аналогичные пятна, располагающиеся между вышеуказанными пятнами на этих же деревянном брусе и кирпичах, являются следами крови, образовавшимися в результате попадания брызг жидкой крови на указанные объекты.  

Из показаний свидетелей К. и Т. следует, что обвиняемый, который был в состоянии алкогольного опьянения, предложил ему пройти к нему домой и употребить спиртные напитки. Тот сообщил, что у него похитили мобильный телефон и что у него в доме находился Н. Затем обвиняемый сказал, что в другой комнате его дома кто-то лежит, и попросил его опознать. Когда он прошел в указанную Л. комнату, то увидел лежащего на земле мужчину, лицо которого было в крови. Погибший был прикрыт курткой, и на его теле лежал деревянный брусок. Т., осмотрев труп, сказал, что это Н. После звонка в милицию, находясь на улице, Л. сообщил К., что это он убил Н.

По показаниям сотрудников РОВД - свидетелей Н.П.Г. и Г., при доставлении Л. в Кричевский РОВД на вопросы об обстоятельствах произошедшего тот сообщил, что потерпевший похитил его мобильный телефон. В ответ он нанес потерпевшему Н. удары кулаками, а также около 7 ударов кирпичом по лицу.

С учетом заключения экспертов суд обоснованно признал Л. в отношении инкриминируемого деяния вменяемым, не находившимся в состоянии аффекта или ином эмоциональном состоянии, которое могло оказывать существенное влияние на его поведение, и нуждающимся в применении к нему принудительных мер безопасности и лечения, как страдающим хроническим алкоголизмом.

Выводы тех же экспертов, согласно которым нарушение мышления, эмоциональные нарушения являются теми психическими недостатками, вследствие которых Л. не может самостоятельно защищать свои права, законные интересы в уголовном процессе и нуждается в участии защитника, в ходе рассмотрения дела были учтены.

Л. в ходе производства по делу был обеспечен защитником, который в апелляционном порядке обжаловал приговор суда.

Ссылки обвиняемого на наличие у него отклонений психического характера, о которых упоминается в апелляционной жалобе, и на причину их возникновения учитывались экспертами при даче заключения.

Доводы, согласно которым обвиняемый, проснувшись, не узнал Н., не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сами по себе не способны повлиять на юридическую оценку содеянного им.

Оснований для вывода, согласно которому весь приведенный в приговоре комплекс телесных повреждений обвиняемый причинил погибшему в состоянии необходимой обороны, не имеется.

Необоснованно отклоненных ходатайств стороны защиты не установлено. Нахождение обвиняемого в магазине и совершение им покупки спиртного за несколько часов до инкриминированного убийства, которые он просит установить, не входит в обязательный предмет доказывания и не способно поставить под сомнение выводы суда, изложенные в приговоре.

По делу неопровержимо установлено, что обвиняемый совершил деяние в состоянии алкогольного опьянения. По этим причинам его утверждения, что спиртное он употребил и после вызова сотрудников органов внутренних дел, несущественны.

Поэтому доводы обвиняемого относительно возможного совершения убийства в состоянии необходимой обороны опровергаются фактическими обстоятельствами дела, о чем суд сделал обоснованный вывод и его действия по п. 6 ч. 2 ст. 139 УК Республики Беларусь как убийство, совершённое с особой жестокостью, квалифицировал правильно, мотивировал свои выводы об этом.

Доводы апелляционных жалоб в оспаривание умысла обвиняемого на лишение потерпевшего жизни не соответствуют характеру примененного им в отношении погибшего насилия, о чем в приговоре мотивированно изложено.

Наказание обвиняемому назначено в соответствии с законом, содеянным и данными, характеризующими его личность, с учетом обстоятельств дела. Его следует признать справедливым.

Суд обоснованно признал обстоятельством, отягчающим ответственность Л., совершение им преступления в состоянии алкогольного опьянения. Данные, характеризующие его личность, при назначении наказания учтены, а также учтена явка с повинной как обстоятельство, смягчающее его ответственность.

Оснований к отмене либо изменению приговора и к удовлетворению апелляционных жалоб не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 386 УПК, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Могилевского областного суда от 10 июля 2019 года в отношении Л. оставить без изменения, а ее апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий                                                      

             

Судьи Верховного Суда                 

                                                                                     

В очередном выпуске

Мониторинг массовой информации