Верховный Суд
Республики Беларусь

Интернет-портал судов общей юрисдикции Республики Беларусь

+375 (17) 308-25-01

+375 (17) 215-06-00

220020, г. Минск, ул. Орловская, 76

Расписание заседаний

Состоялся круглый стол, посвященный практике использования в гражданском и экономическом судопроизводстве электронных доказательств

2 августа 2019  1753

1 августа 2019 года состоялся круглый стол, посвященный теме электронных доказательств в гражданском и экономическом судопроизводстве.

На базе Белорусского Союза юристов представители Верховного Суда, Белорусской республиканской коллегии адвокатов, Национального центра правовой информации, Генеральной прокуратуры, Министерства юстиции, научного сообщества обсудили основные вопросы и сложности, с которыми сталкиваются участники процесса на этапах представления, исследования и оценки в качестве доказательств сведений, зафиксированных на технических носителях информации, включая вопросы их допустимости и достоверности.

Тема очень важна в контексте совершенствования законодательства, регулирующего отношения, связанные с использованием электронных доказательств при разрешении экономических и гражданских дел.

Как отметил во вступительном слове заместитель Председателя Верховного Суда Республики Беларусь, председатель судебной коллегии по экономическим делам Юрий Кобец, развитие информационных технологий затрагивает и сферу осуществления правосудия, в том числе влияет на доказательственную базу по рассматриваемым судами делам. Анализ судебной практики свидетельствует о росте количества дел, по которым стороны представляют в суд сведения о фактах, зафиксированные на технических носителях информации (лазерных дисках, флэш-картах, жестких дисках ноутбуков, картах памяти мобильных телефонов, аудио- и видеопленках, серверах сети Интернет), а также распечатки такой информации. Обобщенно все эти доказательства можно назвать электронными и несмотря на то, что в процессуальных кодексах такое понятие пока не закреплено, оно уже встречается на практике и активно используется в современной литературе.

Особую актуальность вопросы, связанные с представлением, исследованием и оценкой электронных доказательств, приобретают в связи с цифровизацией деятельности судебной системы, а также в контексте разработки проекта единого процессуального кодекса, регулирующего судопроизводство по гражданским и экономическим делам.

Подробнее о допустимости и порядке представления электронных доказательств в экономическом судопроизводстве рассказал судья Верховного Суда Республики Константин Хаританюк.

 

 

Судья озвучил несколько позиций, связанных с допустимостью и порядком представления электронных доказательств в экономическом судопроизводстве. Прежде всего, по его мнению, допустимость электронных доказательств не должна отрицаться лишь на том основании, что они существуют, собраны или представлены в суд в электронном виде.

В связи с этим он отметил, что зачастую электронные доказательства содержат в себе больше идентификационных признаков и их сложнее подделать или имеются дополнительные способы проверки их достоверности. Законодательство также не связывает допустимость электронных доказательств с отсутствием возражений другой стороны относительно достоверности представленного доказательства. Как и любые другие доказательства, электронные доказательства должны быть оценены судом в соответствии частью 1 статьи 108 ХПК.

Судья продолжил, что в зависимости от содержания информации, зафиксированной на техническом носителе, электронные доказательства могут представляться и исследоваться по правилам, предусмотренным для письменных доказательств (статья 84 ХПК) или звуко- и видеозаписей (статья 90 ХПК). Константин Харитонюк высказал мнение, что с учетом специфики электронных доказательств возможно пришло время выделить их отдельно в процессуальных кодексах.

В качестве письменных доказательств может представляться как общедоступная информация, размещенная в сети Интернет, так и переписка субъектов хозяйствования по электронной почте и в мессенджерах, выписки с расчетных счетов, информация из баз данных.

Согласно части 1 статьи 84 ХПК к письменным доказательствам, в том числе, относятся содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, документы и материалы, полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Судья подчеркнул, что часть 1 статьи 84 ХПК связывает допустимость документа или материала в качестве письменного доказательства с возможностью установления достоверности документа только при использовании при его получении «иных способов», прямо не перечисленных в упомянутой статье. Вместе с тем для исключения неоднозначного понимания указанной нормы, возможно следует рассмотреть вопрос о ее совершенствовании, - резюмировал он.

Далее он отметил, что согласно части 2 статьи 84 ХПК документы, полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, в том числе с использованием глобальной компьютерной сети Интернет, а также документы, подписанные электронной цифровой подписью или иным аналогом собственноручной подписи, допускаются в качестве письменных доказательств с соблюдением требований, установленных законодательством или договором, к данному виду доказательств.

Судья обратил внимание еще на один важный момент - получение информации, расположенной в сети Интернет, путем ее осмотра нотариусом с составлением протокола осмотра, не является обязательным требованием допустимости такой информации в качестве доказательства. При наличии технической возможности суд, рассматривающий экономические дела, может исследовать размещенную в сети Интернет информацию непосредственно в судебном заседании на оборудовании суда или на оборудовании лица, представляющего доказательства. Кроме того, подобная информация может исследоваться на основании ее изображений на бумажном носителе (распечаток), изготовленных лицами, участвующими в деле.

Константин Харитонюк разъяснил, что исходя из положений части 2 статьи 84 ХПК, отсутствие договора, содержащего требования к порядку ведения электронной переписки между сторонами, не влияет на признание электронной переписки допустимым доказательством. Однако если законодательство или договор устанавливают требования к документам, полученным посредством факсимильной, электронной или иной связи, то представляемые в качестве письменных доказательств такие документы должны соответствовать этим требованиям. При этом согласно норме части 2 статьи 84 ХПК не всякое противоречие указанных в ней документов установленным в законодательстве или договоре требованиям делает их недопустимым доказательством, а только противоречие требованиям, которые установлены к документам именно как к виду доказательств.

Согласно части 3 статьи 84 ХПК если копии документов представлены в суд, рассматривающий экономические дела, в электронном виде, суд может потребовать представления оригиналов этих документов.

При применении указанной нормы следует отграничивать документы и материалы, созданные в электронном виде, в том числе электронные документы, от документов, выполненных на бумажном носителе и впоследствии преобразованных в электронную форму.

Согласно части 1 статьи 19 Закона «Об электронном документе и электронной цифровой подписи» все идентичные экземпляры электронного документа являются оригиналами и имеют одинаковую юридическую силу. По мнению судьи, с учетом части 5 статьи 25 ХПК приведенную норму Закона следует применять по аналогии к документам в электронном виде, подтверждение целостности и подлинности которых осуществляется без применения сертифицированных средств электронной цифровой подписи. Если документ, выполненный на бумажном носителе и впоследствии преобразованный в электронную форму, представляется в суд в электронном виде, то суд может на основании части 3 статьи 84 ХПК потребовать представить оригинал такого документа на бумажном носителе. В отношении оригиналов документов, отсутствующих у лица, участвующего в деле, часть 3 статьи 84 ХПК должна применяться с учетом правил истребования доказательств, установленных статьей 101 ХПК.

 

 

Заместитель директора ИООО «Сорайнен и партнеры», кандидат юридических наук Анна Лаевская в своем выступлении остановилась на вопросах представления, исследования и оценки электронных доказательств в гражданском судопроизводстве. Как отметила эксперт, пока существует неопределенность в законодательстве по широкому кругу вопросов и не сформирована достаточно объемная правоприменительная практика, общая для всех задача, чтобы те прогрессивные нормы, которые заложены в Гражданском кодексе, Декрете Президента Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. № 8 «О развитии цифровой экономики», Указе Президента Республики Беларусь от 18 апреля 2019 г. № 148 «О цифровых банковских технологиях» работали на практике. Поэтому важно выработать единые подходы в вопросах собирания, исследования, оценки и хранения электронных доказательств, что, несомненно, будет способствовать справедливому судебному разбирательству, обеспечению условий для эффективной защиты прав и законных интересов всех заинтересованных.

В ходе круглого стола также выступил адвокат Кирилл Лаптев. По словам эксперта, стороны не так часто готовы обращаться в суд, имея в арсенале лишь электронные доказательства (электронную переписку, например). Поэтому правоприменительная практика не так быстро формируется, как хотелось бы. Однако, как продолжил адвокат, информационные технологии стремительно развиваются и входят в жизнь каждого из нас, упрощая те или иные процессы. Сегодня удобнее и проще направить в суд документы по электронной почте, а не в конверте с ожиданием подтверждения… Электронный документооборот между сторонами уже достаточно распространенная практика и вопрос лишь в том, как мы – юристы - к этому относимся. Все чаще встречаются примеры дел, когда выясняют, было ли отправлено электронное письмо, кем именно оно отправлено, является ли это основанием для признания договора заключенным или нет. По мнению эксперта, возникающие ситуации обусловлены в том числе тем, что стороны не всегда помнят условия договора, не всегда могут предугадать те или иные правовые последствия. Кирилл Лаптев напомнил, что внесенные в статью 161 ГК изменения, которые расширили возможность использования иных средств подтверждения аутентификации подписантов, вступили в силу с февраля с.г. То есть уже практически полгода актуальна новая реальность. Раньше для использования аналога собственноручной подписи необходимо было согласие сторон, что усложняло бизнес-коммуникацию. В действующей редакции ГК есть возможность это делать без предварительных условий. То есть имеется возможность заключения договора без так называемой мокрой подписи, поставленной на бумаге. По сути, этого договора может не быть в печатной версии вообще. И здесь важно понимать, насколько юристы готовы принять новые сложившиеся условия. Особенно в случаях взаимоотношений с иностранными контрагентами. По сути, мы говорим о том, что должен быть некий способ подписания, позволяющий достоверно установить, что данный документ подписан, исходит от конкретного лица или его уполномоченного представителя. Установить без технического образования, что в том или ином случае подпись достоверна, порой сложно. За исключением ЭЦП, которую в своих отношениях коммерческие субъекты используют редко. По мнению Кирилла Лаптева, сейчас важно сформировать в бизнес-среде позитивное отношение к использованию тех платформ по обмену цифровыми документами, которые уже давно используются за рубежом. Он привел в пример платформу PandaDoc, к слову, разработанную белорусами, которая как инструмент по цифровому документообороту активно используется во всем мире. Но непонятно, можем ли мы в Беларуси ей пользоваться или нет… По словам адвоката, стороны должны учитывать все риски, они должны максимально обезопасить себя от различных негативных последствий, но нельзя не учитывать те тренды, которые есть в мире по внедрению информационных технологий в сферу ведения бизнеса.

 

Заместитель начальника главного управления принудительного исполнения - начальник управления организации и контроля Светлана Снитко напомнила о предусмотренных в Законе об исполнительном производстве применении электронных технологий, в частности о возможности подачи заявлений ходатайств в письменной форме или форме электронного документа. И при этом заявление, ходатайство, подаваемые в форме электронного документа, должны содержать адрес электронной почты гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, юридического лица, организации, не являющейся юридическим лицом, и быть подписаны электронной цифровой подписью.

Светлана Снитко в контексте обсуждаемой темы также напомнила о широком использовании извещения сторон и иных участников исполнительного производства о дате, времени и месте совершения исполнительных действий, а также вызове их к судебному исполнителю посредством использования в том числе электронной и других видов связи, обеспечивающих фиксирование факта их получения.

Она рассказала об использовании в работе судебных исполнителей персональных видеорегистраторов. Их использование, по словам докладчика, позволяет максимально исключить спорные вопросы при совершении наиболее значимых исполнительных действий и может служить средством доказывания при обжаловании этих действий. Светлана Снитко добавила, что при неиспользовании видеорегистратора судебным исполнителем по любой причине, кроме технической, спорная ситуация разрешается в пользу стороны.

Кроме того, для закрепления доказательств судебные исполнители могут использовать технические средства, в том числе звукозаписывающую и видеоаппаратуру, кино- и фотосъемку. В связи с этим также, по мнению Снитко, актуален вопрос регламентации допустимости и оценки звуко- и видеозаписей в качестве электронных доказательств.

Все участники круглого стола сошлись во мнении о пользе состоявшейся дискуссии и необходимости выработки общих подходов к вопросу использования в гражданском и экономическом судопроизводстве электронных доказательств.

В очередном выпуске

Мониторинг СМИ

Google переводчик